ИСТОКИ ИСЛАМА И ПРОРОКИ В АРАВИИ ВОЗНИК ИСЛАМ В АЗИИ НА АРАВИЙСКОМ ПОЛУОСТРОВЕ, В ЕГО ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ – ОБЛАСТИ ХИДЖАЗ, В НАЧАЛЕ VII ВЕКА

истоки, ислама, пророки, аравии, возник, ислам, азии, аравийском, полуострове, западной, части, области, хиджаз, начале, века

ИСТОКИ ИСЛАМА И ПРОРОКИ В АРАВИИ

Возник ислам в Азии на Аравийском полуострове, в его западной части – области Хиджаз, в начале VII века. Здесь в то время в древних городах Мекка и Йасриб (с эпохи ислама Медина, что значит по-арабски "город", мадина) жили арабы и сравнительно небольшие группы других народов, исповедовавших древнеаравийские политеистические культы и частично христианство, иудаизм и зороастризм.

В Хиджазе и в смежных с ним областях Аравии происходило разложение патриархально-родового строя и формирование классового общества. В отдельных местах полуострова уже длительное время существовали рабовладельчество и работорговля, а в некоторых областях, особенно на юге, появились зачатки раннефеодальных форм эксплуатации. Уже более века в жизни арабов чувствовалось назревание значительных идейных и социальных сдвигов, перемен, получивших отражение едва ли не во всех сферах их бытия. Обострение этих процессов в немалой мере было связано с событиями, происходившими не только в самой Аравии, но и в смежных с нею странах. Дело в том, что народы обширного Аравийского полуострова, расположенного на стыке Азии, Африки и Средиземноморского бассейна, издавна были вовлечены в торговые, политические и культурные связи с близкими и далекими странами Востока и Запада. Особое значение для них в столетия, непосредственно предшествовавшие возникновению ислама, имели отношения с двумя крупнейшими государствами региона – Ираном и Византией. В свою очередь каждая из этих монархий, учитывая экономическое и стратегическое значение Аравии, стремилась установить над нею свое господство – прямое или косвенное, используя для этой цели своих сателлитов как на севере, так и на юге полуострова. Задача противодействия агрессивным намерениям соседних Ирана и Византии в немалой мере способствовала возникновению нескольких союзов арабских племен, действия которых порой становились весьма эффективными, но, как правило, сами эти союзы были недолговечными, эфемерными. Вместе с тем образование почти каждого из союзов племен, отражаясь в сфере идеологии, по условиям времени сказывалось и на их религиозных воззрениях, культе. Возникновению племенных объединений порой предшествовала деятельность проповедников, выступавших в роли пророков и прорицателей и широко использовавших религиозные мотивы.

Процесс разрушения обычаев и культов патриархально-родового строя был весьма длительным и протекавшим не одновременно в разных областях Аравии. Их преодоление продолжалось века и до сих пор не всюду может считаться полностью завершенным.

Общественные перемены, находившие выражение в росте объединительных стремлений арабских родов и племен, в области религии проявились в усилении тенденции централизации их древних культов. Храмы и боги наиболее сильных родов и племен стали занимать главное, господствующее положение в обществе. Храмы и боги слабых, зависимых родов и племен оказались в положении второстепенных святилищ и богов. Со временем они уничтожались или сохраняли лишь ограниченное, местное значение. Незавидная участь многих из этих святилищ и их богов позднее была описана арабскими авторами. Немалый интерес представляет одно из первых сочинений на эту тему "Книга об идолах" ("Китаб аль-аснам") Хишама ибн Мухаммеда аль-Кальби, историка конца VIII – начала IX века, к материалам которого мы еще обратимся.

Находившийся в Мекке – крупнейшем торговом и культурном центре Хиджаза – древний храм Кааба, названный так по внешнему виду, напоминающему сооружение кубической формы (по-арабски "каъба" – игральная кость, куб), стал одним из важнейших религиозных центров Западной Аравии. Еще задолго до возникновения ислама к этому храму совершалось религиозное паломничество арабов. Господствовавшее в Мекке племя курейшитов (курейш, корейш), среди знати которого были крупные торговцы, ростовщики и рабовладельцы, образовало особое "товарищество", или союз, занимавшееся караванной торговлей. Как отмечено в Коране, они отправляли караваны "зимой и летом" (106:2). В окрестностях Мекки курейшитами устраивались ярмарки, на которые съезжались представители многих родов и племен. Время этих ярмарок, длившихся четыре месяца в году, объявлялось священным. Любые военные столкновения, нападения друг на друга ради мести или грабежа торговых караванов были под строгим запретом. Нарушения этого запрета (харам) осуждены от имени бога в Коране (29:67).

Сосредоточив в Мекке и ее окрестностях ряд заповедных мест – масджидов, считавшихся священными, племенная и жреческая знать курейшитов добилась ежегодного участия обитавших поблизости арабских родов и племен в ярмарках и паломничествах, проводившихся в Мекке и ее окрестностях, и тем самым усилила свое экономическое, политическое и идейное влияние на других арабов. Последнее нашло отражение в ряде преданий, в частности в том, где рассказывается о находившихся в Каабе ко времени возникновения ислама 360 изображениях божеств различных арабских родов и племен, количество которых позднее стало связываться с числом дней в году. Ключи от Каабы и руководство совершавшимися в ней богослужениями удерживались в руках рода хашим племени курейшитов; потомки его сохраняют эти ключи и в настоящее время.

Меры, которые курейшиты принимали для распространения "духовного" воздействия своего храма, по-видимому, способствовали также появлению легенды, усматривающей в культе Каабы источник почитания камней и истуканов по всей Аравии. Так, в упомянутой "Книге об идолах" аль-Кальби эта легенда подкреплена рассказом о доисламском пророке Аллаха Исмаиле, сыне Ибрахима, образ которого в Коране и в общесемитических истоках близок библейскому патриарху Аврааму.

Согласно Корану, Исмаил вместе с отцом "положил основание" Каабы, воздвиг ее (2:121). А затем у поселившегося в Мекке Исмаила, как пишет аль-Кальби, появилось "многочисленное потомство", которое со временем изгнало из Мекки жившее там племя амаликитов (амалик); но и после этого город оказался для потомков Исмаила тесен "и начались между ними столкновения и вражда, и одни из них изгнали других. И те разошлись по стране в поисках пропитания". И вот-де от них и пошло поклонение "истуканам и камням", ибо "никто не покидал Мекки, не взяв с собой камня из Святилища (из почитаемой округи мекканской Каабы. – Л.К.). И где бы они ни селились, они ставили этот камень и обходили вокруг него, как обходили вокруг Каабы, желая снискать этим ее милость. А еще они почитали Каабу и Мекку и совершали хаджж и умру"5, то есть поддерживали древние, сохраненные и в исламе общее и малое паломничества.

Эти доводы аль-Кальби повторены и в старейшей из дошедших до нас биографий пророка Мухаммеда – "Книге жития посланника Аллаха" ("Китаб сират расуль Аллах") басрийца Ибн Хишама (ум. в 834 г.), переработавшего более старую, не дошедшую до нас "Книгу военных действий и жития (пророка)" Ибн Исхака из Медины (704-767 или 768).

Культ камней и идолов существовал не только в Аравии, и его распространенность объясняется не столь просто, как полагал аль-Кальби. Но примечательно, что арабский историк и в то далекое время искал естественную причину распространения фетишизма, приписывания сверхъестественной силы камням и вытесанным из них идолам. Отраженное в Коране, это заблуждение, порожденное отсталостью, беспомощностью древнего человека в борьбе с природой, в пережиточных формах дожило до последних десятилетий XX века. Достаточно вспомнить почитаемые и в наши дни в исламе черный камень – аль-хаджар аль-асвад – куски лавы или базальта метеоритного происхождения, теперь вмурованные в восточную стену Каабы и скрепленные каменным барьером и серебряным обручем на высоте полутора метров; камень "стояние Ибрахима" – макам Ибрахим – во внутреннем дворе той же Большой мекканской мечети, а также находящийся там же "счастливый камень" – аль-хаджар аль-асъад, и т.д. Вера в магическую силу этих камней и совершаемых к ним хаджжа и умры и других обрядов до сих пор подогревается исламскими богословами, прибегающими в этих целях к подновленным истолкованиям древних сказаний о пророке Ибрахиме и его сыне Исмаиле, который почитается и в качестве родоначальника всех северных арабов. А о черном камне и ныне сообщают как об окаменевшем ангеле, спущенном из рая. Он-де в день страшного суда оживет и предстанет в роли заступника за целовавших его верующих. Кстати, вся видимая поверхность этого камня отполирована и почернела, по-видимому, от бесчисленных прикосновений и поцелуев паломников.

Впрочем, очень рано среди мусульман возникло и скептическое отношение к культу камней, проявилась его трезвая оценка. Даже то, что черный камень ныне не целый, а состоит из трех сравнительно больших и нескольких мелких искусственно скрепленных кусков, – следствие далеко не одинакового отношения к этому фетишу со стороны верующих. Во всяком случае, недоверие к чудесным возможностям черного камня, очевидно, весьма рано приобрело влиятельных сторонников. Об этом говорит, в частности, очень мягкое, своего рода "компромиссное" возражение противникам его культа, с которым якобы обратился к черному камню Омар ибн аль-Хаттаб, второй из четырех первых "праведных" халифов, правивший в Медине в 634-644 годах. Он будто бы сказал: "Конечно, я знаю, что ты только камень, который не может принести ни пользы, ни вреда ("так обычно характеризуются в Коране идолы", – добавил от себя опубликовавший это изречение венгерский академик Игнац Гольдциер, 1850-1921. – Л.К.), – и если бы я не видел, что пророк тебя целовал, то я бы тебя больше никогда не целовал"6.

Выдающийся арабский поэт и мыслитель Абу-ль-Аля аль-Маарри (973-1057 или 1058) из Сирии в своем сборнике стихов "Обязательность необязательного" ("Лузум ма ля йалзам", или, короче, "Лузумийят") связал культ камней в Мекке с представлениями и обычаями разных народов и с их религиями. Относясь к исламу как к одной из религий, сменяющих в обществе с течением времени одна другую, Абу-ль-Аля был чужд нетерпимости к другим вероисповеданиям. С завидной объективностью он относился к заблуждениям последователей любой веры – христианства, иудаизма, зороастризма и ислама. Он писал:

Твердят христиане: "Всесилен Христос".
Ну, как не дивиться той силе!
Какой бы всесильный безропотно снес,
Когда его смертные били!
Нам хвалят евреи свое божество,
О добром твердят Иегове.
Он добрый? Как странно! Тогда отчего
Он требует жертвенной крови?!
Обряды персидские дико смешны.
Царю удивляюсь Хосрову:7
Ведь, чтобы "очиститься", персы должны
Умыться... мочою коровы.
Разумностью, логикой веры своей
И ты не хвались, мусульманин!
В дороге пройдя мимо сотен камней,
Лишь в Мекке целуешь ты камень.
Религия хитрым сплетением слов
Силки для людей расставляет.
Различны силки – неизменен улов:
Глупец в них всегда попадает.

(Перевод В.Демидчика)

Предыдущая:
Ислам и Коран, астральная проекция, посмертный опыт, жизнь после жизни, Монро и Моуди
Следующая:
В культе мекканской Каабы (как, впрочем, и в культах других религиозных центров Аравии конца VI и первых десятилетий VII века) на первое место выдвинулся бог Аллах, имя которого образовано от арабского слова "илах" божество и определенного члена "аль" (альилах) или от арамейского "алаха"

{ йога } { астрал } { магия } { чакры } { гадания } { гороскопы } { фэн-шуй } { сонники } { эзотерика } { лечение } { пирамиды } { мантры } { медитация } { гипноз } { предсказания } { психология }

истоки, ислама, пророки, аравии, возник, ислам, азии, аравийском, полуострове, западной, части, области, хиджаз, начале, века

§§ ИСТОКИ ИСЛАМА И ПРОРОКИ В АРАВИИ ВОЗНИК ИСЛАМ В АЗИИ НА АРАВИЙСКОМ ПОЛУОСТРОВЕ, В ЕГО ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ . ОБЛАСТИ ХИДЖАЗ, В НАЧАЛЕ VII ВЕКА

Скачать: истоки, ислама, пророки, аравии, возник, ислам, азии, аравийском, полуострове, западной, части, области, хиджаз, начале, века.doc || Скачать: истоки, ислама, пророки, аравии, возник, ислам, азии, аравийском, полуострове, западной, части, области, хиджаз, начале, века.mp3

Страница сгенерирована за 0.000692 секунд

{ вернуться в начало } { главная }

Твоя Йога. Твоя Йога ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека