ИЗ ЧХАНДОГЬЯ-УПАНИШАДЫ ЧХАНДОГЬЯ-УПАНИШАДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ЧАСТЬ ЧХАНДОГЬЯ-БРАХМАНЫ, СОСТОЯЩЕЙ ИЗ ДЕСЯТИ ГЛАВ

чхандогья, упанишады, чхандогья, упанишада, представляет, собой, часть, чхандогья, брахманы, состоящей, десяти, глав

ИЗ ЧХАНДОГЬЯ-УПАНИШАДЫ

Чхандогья-упанишада представляет собой часть Чхандогья-брахманы, состоящей из десяти глав. Первые две главы этой брахманы посвящены ритуалу жертвоприношений. Остальные восемь составляют собственно Чхандогья-упанишаду. По мнению некоторых ученых, Чхандогья-упанишада является древнейшей из Упанишад. Ее можно считать первой философской частью Вед.

В самом начале мы приводим шлоки (двустишия) о значении слога ОМ.

Если в Брахманах первостепенным признавалось обращение к силам природы (к "божествам") "путем действия" (карма-марга), т.е. главным считался сам акт жертвоприношения, то в Чхандогья-упанишаде внимание ее авторов привлекает не внешняя обрядность, а жертвоприношения "внутренние", в мыслях, в душе. Все большее значение придается слову, речи, размышлениям. Все в мире, говорят авторы Чхандогья-упанишады, смертно, смертны также боги. И только будучи выраженным в слове, "находя убежище в нем", смертное становится бессмертным (I, 4).

Слог ОМ, состоящий из трех букв (звуков) а, у, м, символизировал три веды – Ригведу, Самаведу, Яджурведу. В приводимых нами шлоках слог ОМ называется удгитхой – исполненным вслух гимном Самаведы.

В последующих разделах удгитха получает более широкое толкование (I, 2; I, 8-9). Удгитха рассматривается как нечто непротиворечивое, однородное, вечное. Так, например, "дыхание через нос" не может быть почитаемо в качестве удгитхи, так как оно воспринимает и хорошо пахнущее, и дурно пахнущее. Речь также не может быть почитаема в качестве удгитхи, так как люди говорят и истину, и ложь. Но вот "дыхание через рот" следует почитать в качестве удгитхи, так как им не воспринимают противоречивое. Оно-то и есть удгитха, оно есть атман.

В отрывке "Праны" (III, 13) впервые дана классификация "дыханий" (пран). Точных данных о том, как представляли себе древние индийцы все эти праны, до сих пор нет. Существует много разных, порою противоречивых мнений. Мы приводим толкование пран, в основном соответствующее интерпретации, данной известным немецким санскритологом П.Дойссеном.

Прана – дыхание вообще или вдыхание.
Апана – выдыхание или дыхание, направляющее струю воздуха вниз.
Вьяна – промежуточное дыхание, промежуточный момент между выдыханием и вдыханием.
Самана – внутреннее дыхание, объединяющее все другие виды дыхания.
Удана – дыхание, направляющее струю воздуха вверх. Позднее, используя эту классификацию, строили свое учение о дыхании йоги.

Авторы отрывка "Праны" делают попытку установить функциональную связь между дыханиями, с одной стороны, и мыслительно-чувственными процессами в организме человека – с другой. Характерна аналогия, которая проводится между чувствами и свойствами человека и природой: зрение аналогично солнцу, слух – луне, речь – огню, мысль – дождю. Над небом светится то же "сияние, что и внутри человека".

Следующие отрывки посвящены преимущественно толкованию одного из основных понятий древнеиндийской философии – понятия Брахман (субстанция первичной реальности).

Рассуждая о Брахмане, авторы Упанишад большое внимание уделяют вопросу об "опоре". Что является "опорой" человека? Иначе говоря, что представляет собой то свойство человека, лишаясь которого он не может существовать? Если человека лишить зрения, речи, слуха – он будет жить, если же лишить дыхания – жить не будет. Следовательно, "опора" человека – дыхание.

Какова "опора" всех других предметов или явлений природы? Куда "уходит" то, что лишается "опоры" ("куда уходят творения этого мира?"). Откуда "возвращается" то, что обретает "опору"? Свойство всеобщей "опоры" приписывается Брахману: из него все "выходит", в него все "уходит".

Уддалака – один из авторов (и персонажей) Чхандогья-упанишады – рассматривает единичную вещь в тесной связи с ее субстанциальным началом. Истинным существованием обладает лишь субстанция ("истина в глине", "метина в железе"). Единичные же вещи – это лишь "видоизменения" (субстанции).

Уддалака и другие авторы Упанишад связывают понятие Брахмана с понятием атмана1. Атман рассматривается ими как сущность вечная и неизменная ("нестареющий, неумирающий" атман), но тем не менее "деятельная": в соответствии со своими "истинными желаниями" и "замыслами" он постоянно активен в "этом мире", особенно в теле человека.

Понятие атмана, мира-души, развившееся из понятия мира-пуруши (в Ригведе) и ранней концепции личного творца (Праджапати), в конце концов вырастает в Упанишадах в безличную причину всего сущего – в Брахмана. Брахман представляется как материализованная во всех существующих вещах сила, которая создает, поддерживает, сохраняет и возвращает обратно к себе "все миры", всю природу.

В Чхандогья-упанишаде высказывается ряд интересных мыслей, имеющих теоретико-познавательное значение. Так, например, Уддалака говорит о связи мысли (мышления) с дыханием человека как "опорой" (VI, 8, 2).

Уддалака говорит о необходимости различать мысль о вещи от самой вещи, "имена" предметов или явлений природы от самих этих предметов или явлений. Знание "имени", по его словам, помогает "действовать по желанию в пределах того, что имя объемлет", т.е. помогает человеку ориентироваться в окружающей его среде. В этом смысле "имя" надо высоко ценить ("почитать"). Но этого мало, потому что "есть нечто большее, чем имя". Что же "больше" (важнее) имени? Речь. Но и речь не самое важное. Мысль "больше" речи, так как мысль "охватывает и речь, и имя". Замысел "больше" мысли, так как благодаря замыслу "приходят в единство" имя, речь, мысль.

Следующая за "мыслью" "иерархия" понятий завершается у Уддалаки понятием дыхания: дыхание "больше" всех, так как без дыхания человек жить не может.

Большой интерес представляет собой отрывок, посвященный "познанию познания". Само собой разумеется, что здесь нет еще теории познания. Но сама постановка вопроса об условиях и целенаправленности человеческого познания заслуживает внимания. Примечательны отдельные высказывания афористического характера: в спорах побеждает тот, на чьей стороне истина; добивается счастья тот, кто действует, и т.д.

В отрывке "О пяти огнях" (V, 10) содержатся мысли, которые в дальнейшем получат свое развитие в учении о перевоплощениях душ, а также в учении о воздаянии (карма). Согласно представлениям древних индийцев, после смерти человека его душа уходит в "тот мир" временно. Но, возвращаясь в "этот мир", душа может оказаться в "лоне" недостойного человека или – что еще хуже – в "лоне" животного (собаки, свиньи и т.д.). Все это зависит от поведения во время первого пребывания в "этом мире": что посеешь, то и пожнешь.
1. [СЛОГ ОМ]

Чхандогья-упанишада, I, 1

ОМ. Этот слог должно почитать как удгитху2, ибо поются песни, начинающиеся со [слога] ОМ. Объяснение этого [таково]:

Сок этих существ – земля.
Сок земли – вода.
Сок воды – растения.
Сок растений – человек.
Сок человека – речь.
Сок речи – риг.
Сок рига – саман.
Сок самана – удгитха.

Сок всех соков, высший, высочайший, восьмой, – это удгитха.

Что есть риг? Что – саман? Что – удгитха? Таковы вопросы.

Риг – это поистине речь. Саман – это дыхание. Удгитха – это слог ОМ. Речь и дыхание, риг и саман составляют пару.

Эта пара соединилась в слоге ОМ. Когда двое соединяются, они исполняют желания друг друга.

Тот поистине исполняет желание, кто, зная это, почитает этот слог как удгитху.

Этот слог есть также слог, обозначающий согласие, ибо, когда соглашаются в чем-либо, говорят "ОМ". Согласие же есть удовлетворение. Тот поистине удовлетворяет желания, кто, зная это, почитает этот слог как удгитху,
2. [УДГИТХА]

Чхандогья-упанишада, I, 2

Когда боги и асуры – и те и другие произошли от Праджапати – состязались, боги ухватились за удгитху: "Благодаря этому мы одержим победу над ними"3.

Они дыхание через нос почтили как удгитху. Его поразили асуры злом. Поэтому обоняют им и хорошо пахнущее, и дурно пахнущее, ибо оно было поражено злом.

Затем они речь почтили как удгитху. Ее поразили асуры злом. Поэтому говорят люди и истину, и ложь, ибо речь была поражена злом.

Затем они зрение почтили как удгитху. Его поразили асуры злом. Поэтому видят им и достойное зрения, и недостойное, ибо оно было поражено злом.

Затем они слух почтили как удгитху. Его поразили асуры злом. Поэтому слышат им и достойное слышания, и недостойное, ибо он был поражен злом.

Затем они мысль почтили как удгитху. Ее поразили асуры злом. Поэтому думают и о том, о чем должно думать, и о том, о чем не должно думать, ибо она была поражена злом.

Затем они дыхание через рот почтили как удгитху. Столкнувшись с ним, рассыпались асуры, как рассыпается [ком], столкнувшись с твердым камнем.

Как рассыпается ком, столкнувшись с твердым камнем, так поистине рассыпается тот, кто враждебен знающему это и кто желает ему зла. Ибо он4 твердый камень.

Этим5 не различают хорошо пахнущее и дурно пахнущее, ибо это [дыхание] свободно от зла...

Чхандогья-упанишада, I, 4

ОМ. Этот слог должно почитать как удгитху, ибо поются песни, начинающиеся со [слога] ОМ. Объяснение этого [таково].

Поистине боги, боясь смерти, нашли убежище в трояком знании6. Они окутали себя песнопениями. Так как они окутали себя песнопениями, песнопения называются чхандас7.

Смерть смотрела на них, [окутанных] ригом, саманом, яджусом, подобно тому как смотрят на рыбу, [находящуюся] в воде. Узрев это, они вышли из рига, вышли из самана, вышли из яджуса. Они нашли убежище в звуке.

Поистине, когда изучают риги, произносят звук ОМ. То же в отношении самана. То же в отношении яджуса. Этот звук есть этот слог – бессмертный и бесстрашный. Находя в нем убежище, боги становятся бессмертными и бесстрашными.

Тот, кто знает это, восхваляет этот слог, поистине находит убежище в этом слоге, в [этом] бессмертном и бесстрашном звуке. Находя в нем убежище, он становится бессмертным, подобно тому как боги становятся бессмертными.
3. [СПОР ОБ УДГИТХЕ]

Чхандогья-упанишада, I, 8-9

Было трое сведущих в удгитхе – Шилака, сын Шалавата, сын Чикитаны из рода Дальбхи и Правахана, сын Дживали. Они сказали: "Поистине мы сведущи в удгитхе. Поведем спор об удгитхе".

"Да будет так!" – сказали они. Они сели все вместе. Затем Правахана, сын Дживали, сказал: "Пусть оба господина говорят первыми. Я хочу внять речи обоих говорящих брахманов".

Затем Шилака, сын Шалавата, сказал сыну Чикитаны из рода Дальбхи: "Хорошо, буду спрашивать тебя". – "Спрашивай", – сказал он ему.

"Что есть основа самана?" – "Звук", – ответил он. "Что есть основа звука?" – "Дыхание", – ответил он. "Что есть основа дыхания?" – "Пища", – ответил он. "Что есть основа пищи?" – "Воды", – ответил он.

"Что есть основа вод?" – "Тот мир", – ответил он. "Что есть основа того мира?" – "Да не будет выведено что-либо за пределы небесного мира. В небесный мир возносим мы саман. Ибо саман есть восхваление неба".

Шилака, сын Шалавата, сказал сыну Чикитаны из рода Дальбхи: "Твой саман, потомок Дальбхи, поистине не имеет опоры. Если бы сказал сейчас кто-либо: лишишься ты головы – лишился бы ты головы".

"О, я хотел бы узнать об этом от тебя, господин". – "Узнай же", – сказал он. "Что есть основа того мира?" – "Этот мир", – ответил он. "Что есть основа этого мира?" – "Да не будет выведена опора за пределы этого мира. В этот мир мы возносим саман как опору. Ибо саман есть восхваление опоры".

Правахана, сын Дживали, сказал ему: "Поистине имеет конец твой саман, сын Шалавата. Если бы кто-либо сказал сейчас: лишишься ты головы – лишился бы ты головы". "О, я хочу узнать об этом от тебя", – сказал [сын Шалавата]. "Узнай же", – сказал он8.
4. [УДГИТХА – ПРОСТРАНСТВО]

"Что есть основа этого мира?" – "Пространство", – ответил он8. Все эти существа возникают лишь из пространства, возвращаются в пространство. Ибо пространство больше, чем они. Пространство – последнее убежище.

Такова удгитха – наилучшее [из песнопений], таково это бесконечное. Тот, кто, зная это, почитает удгитху как наилучшее [из песнопений], становится наилучшим, достигает наилучших миров.

Поведав это Ударе, потомку Шандильи, Атидханва, потомок Шунаки, сказал: "Пока твои потомки будут знать эту удгитху, до тех пор их жизнь в этом мире будет наилучшей.

Таковым же будет их место в том мире. Жизнь того, кто, зная это, почитает это, будет наилучшей в этом мире, таковым же будет его место в том мире, [его] место в том мире".
5. [ГАЯТРИ]

Чхандогья-упанишада, III, 12

Гаятри9 – это все, что существует в этом мире. Поистине гаятри – это речь, ибо речь воспевает и оберегает все, что существует в этом мире.

Гаятри – это земля, ибо все, что существует в этом мире, опирается на нее и не находится вне ее.

Земля – это тело человека, ибо на него опираются праны и не находятся вне его.

Тело человека – это сердце человека, ибо на него опираются праны и не находятся вне его.

Эта гаятри имеет четыре пады10 и состоит из шести частей. Об этом говорит следующий риг:

"Таково ее величие, но еще более велик пуруша. Все существа – одна его пада, три пады – бессмертное на небе".

То, что названо словом "Брахман", тождественно пространству вне человека.

[А также] пространству внутри человека,

[А также] пространству в сердце. Это пространство полно и неизменно. Тот, кто знает это, достигает полного и неизменного счастья.
6. [ПРАНЫ]

Чхандогья-упанишада, III, 13

Поистине у сердца пять отверстий [для] богов. Его переднее отверстие – прана. Это – зрение, это – солнце. Их должно почитать как жар, как поглощение пищи. Тот, кто знает это, становится полным жара и поглощающим пищу.

Далее, его правое отверстие – вьяна. Это – слух, это – луна. Их должно почитать как счастье, как славу. Тот, кто знает это, становится счастливым и славным.

Далее, его заднее отверстие – апана. Это – речь, это – огонь. Их должно почитать как брахманический блеск, как пищу. Тот, кто знает это, становится полным брахманического блеска и поглощающим пищу.

Далее, его левое отверстие – самана. Это – мысль, это – дождь. Их должно почитать как прославление, как красоту. Тот, кто знает это, становится прославленным и прекрасным.

Далее, его верхнее отверстие – удана. Это – ветер, это – пространство. Их должно почитать как силу, как величие. Тот, кто знает это, становится сильным и великим.

Поистине они, эти пять стражей Брахмана, охраняют врата небесного мира. В доме того, кто знает этих пятерых стражей Брахмана, охраняющих врата небесного мира, родится храбрец. Достигнет небесного мира тот, кто знает этих пятерых стражей Брахмана, охраняющих врата небесного мира.

Далее, то сияние, что светится над этим небом, над всеми и надо всем в этом высшем из миров, это поистине то же сияние, что и внутри человека.

Видят это, когда от прикосновения ощущают тепло в этом теле. Слышат это, когда прикрывают уши и слышат как бы звуки и шум, как бы от пылающего огня. Это должно почитать как это увиденное и услышанное. Привлекательным и славным становится тот, кто знает это, тот, кто знает это.

Предыдущая:
ИЗ АЙТАРЕЯ-АРАНЬЯКИ Араньяки ("аранья" – лес) – "лесные" тексты, предназначавшиеся для отшельников
Следующая:
ИЗ БРИХАДАРАНЬЯКА-УПАНИШАДЫ Брихадараньяка-упанишада примыкает к Шатапатха-брахмане

{ йога } { астрал } { магия } { чакры } { гадания } { гороскопы } { фэн-шуй } { сонники } { эзотерика } { лечение } { пирамиды } { мантры } { медитация } { гипноз } { предсказания } { психология }

чхандогья, упанишады, чхандогья, упанишада, представляет, собой, часть, чхандогья, брахманы, состоящей, десяти, глав

§§ ИЗ ЧХАНДОГЬЯ-УПАНИШАДЫ ЧХАНДОГЬЯ-УПАНИШАДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ЧАСТЬ ЧХАНДОГЬЯ-БРАХМАНЫ, СОСТОЯЩЕЙ ИЗ ДЕСЯТИ ГЛАВ

Скачать: чхандогья, упанишады, чхандогья, упанишада, представляет, собой, часть, чхандогья, брахманы, состоящей, десяти, глав.doc || Скачать: чхандогья, упанишады, чхандогья, упанишада, представляет, собой, часть, чхандогья, брахманы, состоящей, десяти, глав.mp3

Страница сгенерирована за 0.003779 секунд

{ вернуться в начало } { главная }

Твоя Йога. Твоя Йога ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека